Перейти к основному содержанию

Вы здесь

Штрихи и размышления

Оставлен Роберт Соловьёв птн, 03/22/2019 - 14:11
Аватар пользователя Роберт Соловьёв

Хорошо помню, как после вручения мне знака отличия «За заслуги перед городом Рыбинском», сотрудники ряда газет обратились ко мне, чтобы я попод­робнее рассказал о себе, и я обещал это сделать редактору газеты «Ры­бинская среда» Н.В. Романову. И вот, по прошествии ряда лет, появились эти «штрихи».

Когда летом 2007 года я узнал, что решением Муниципального Совета Рыбинска награжден этим знаком, мне стало, скажу откровенно, как- то не по себе. Уж слишком значимо название этого знака. К тому же, как я потом ощутил, в основном оцени­валась моя работа в партийных ор­ганах и в качестве депутата горсо­вета, которым я был более 20 лет. Но ведь работа любого человека такого уровня, я имею в виду секретаря райкома, секретаря горкома партии, зависит от работы многих и многих. И при торжественном вручении этого знака я сказал, что эта награда воплощает труд многих, и назвал це­лый ряд руководителей, без кото­рых, возможно, никаких «заслуг пе­ред городом Рыбинском» и этой на­грады не было бы. А потом через не­которое время я стал вспоминать свою трудовую деятельность в Ры­бинске.

По месту рождения я не рыбинец, а из соседней Ивановской обла­сти, но город Рыбинск давно стал моим родным городом. Приехал сюда я в 1957 году после окончания Московского института  стали имени И.В. Сталина. Выбрал Ры­бинск по двум причинам. Во-пер­вых, на последнем курсе института я женился на моей однокурснице Гале — Галине Павловне Соловь­евой, до замужества Бондаревой. А распределяли тогда выпускников института по заявкам предприятий. Надо было найти то предприятие, где заявка была на двоих. Таким ока­зался Рыбинский завод дорожных машин (тогда еще Щербаковский).

Во-вторых, недалеко от Рыбин­ска, в городе Ярославле жила моя мама с младшей сестрой и братом, и другие родственники. Так мы и ока­зались в Рыбинске и поступили с ав­густа 1957 года работать на завод до­рожных машин.

И рабочий стаж распределился у меня на две почти равные части — завод дорожных машин и партий­ные органы.

А на заводе зачастую делалось то, что шло во славу города Рыбинска. Первые 8 лет я работал по специ­альности, полученной в институте — литейное производство. Считаю особо важной для себя работу масте­ром на формовочном участке сталь­ного литья. Именно эта работа на­учила меня работать с коллективом, устанавливать взаимоотношения между людьми. Надо было знать не только какие виды работ наиболее близки каждому формовщику, но и состав их семей, условия жизни, об­щий уровень доходов и др. Отрадно, что именно на моем участке впервые была внедрена работа нескольких формовщиков на единый наряд.

Работа в отделе главного метал­лурга запомнилась тем, что мне по­ручили спроектировать новую более мощную, чем была, вагранку — это печь для выплавки чугуна, а через пару лет была сооружена рядом дру­гая вагранка, спроектированная моей женой. И над литейным цехом возвысились искрогасители, хорошо видимые с перрона железнодорож­ного вокзала.

А мои знакомые говорили "Вот наши головы как высоко забрались".

Ряд лет я работал начальником техбюро литейного цеха. Всегда была нацеленность на что-то новое, передовое.

Расширяли отливку в кокиль (ме­таллические формы). Приезжали из других городов перенимать наш опыт. Внедрили отливку из магние­вого чугуна. Я ездил за опытом в Харьков. Работа нравилась.

Коллектив цеха был большой, бо­лее трехсот человек. Но в 1965 году в моей трудовой жизни произошел первый крутой поворот. Директор предложил мне должность замести­теля главного инженера по экспорту. Тогда руководство страны поставило задачу увеличить экспортные по­ставки, в том числе и дорожных кат­ков. При этом не только в страны СЭВ (Совет экономической взаимо­помощи), но и в развитые капитали­стические страны.

Серьезные задачи были постав­лены перед конструкторами и тех­нологами. Были созданы бюро на­дежности и долговечности и экс­портные бюро.

В эти годы начались поставки на экспорт в тропические страны.

Дел у меня было невпроворот. Даже в отпуск четыре года подряд мне не удалось уйти. Поставки на экспорт резко возросли. Например, в 1967 году 18% всех выпущенных за­водом катков ушли на экспорт.

Катки Рыбинского завода до­рожных машин поставляли более чем в сорок стран мира. В этом была большая заслуга коллектива, ну и где-то моя. Очень важной оказалась и моя поездка за границу. Сначала предполагалось, что она будет трех­месячной, и будет носить, скорей всего, инспекционный характер и позволит воочию убедиться, как ра­ботают наши катки, какие замеча­ния и прочее. Но все изменилось сразу после моего прибытия в Дакку, столицу Восточного Пакистана. Ока­залось, что не хватает технических специалистов, и мне предложили по­работать в этом качестве, в качестве специалиста в/о "Трактороэкспорт".

К тому же назначили меня руководителем группы, которая оказалась исключительно хорошей и работо­способной.

Отмечу, что советская техника не подвела. Хотя замечания были, и по нашим предложениям на заводах их устраняли. Шли месяцы, и мне не­стерпимо хотелось домой, в родной Рыбинск. Но меня стали уговаривать продлить командировку годика на 2- 3, перевезти жену с сыном. Я кате­горически возражал. А тут еще один поворот - не оказалось специалистов у другого торгового объединения. Попросили меня с товарищами за­пустить в работу водоперекачивающий насос. Поставили рядом три на­соса: немецкий, американский и японский, и мы победили! Был за­ключен контракт на поставку из СССР несколько тысяч насосов.

А через несколько недель угово­рили меня запустить двигатель для  производства электроэнергии в од­ном из поселений. В маленькой мо­торной лодке проплыли километров 100 от Дакки. Подобный двигатель увидел впервые. Спасибо родному институту стали. Там была военная кафедра и нас готовили на долж­ность заместителя командира танко­вой роты по технической части. А потом я еще проходил в Казани сто­дневные высшие офицерские курсы, где не только водил танки днем и ночью и стрелял из них, но и производил разные ремонтные ра­боты, в том числе и по двигателям.

Потому что тот двигатель чем-то напоминал танковый. К сожалению, инструкция к нему вопреки прави­лам была только на английском языке, тем не менее, все расконсер­вировали и все подготовили. В ко­нечном счете, все закончилось ус­пешно, и энергетики вновь меня стали уговаривать продлить коман­дировку. Еле отбился, обратившись к руководству завода.

По возвращении домой продол­жилась моя работа, в том числе и по поставкам катков на экспорт. Марку завода, а значит и Рыбинска, узна­вали все большее число стран.

А в Москве мне сказали, чтоб я готовился в новую загранкоманди­ровку, на сей раз в Италию. Стал готовиться. И тут очередной крутой по­ворот. В дни, когда отмечалось 100-летие со дня рождения В.И. Ленина, меня избрали секретарем парткома завода дорожных машин.

И закрутилась жизнь по-новому. Ведь одно дело заниматься партий­ной работой на общественных нача­лах и совсем другое - профессио­нально. На платной основе.

А вообще-то активной обще­ственной работой я начал зани­маться со школьных лет. В 1950 году после возвращения из Эстонии в родные края, я поступил в 9-й класс одной из школ города Иваново. Не­ожиданно меня утвердили старостой класса, а когда я учился в 10-м, меня избрали председателем учениче­ского комитета школы и членом школьного комсомольского бюро.

В 1957 году в институте уже на первом курсе избрали в состав институт­ского комитета комсомола.

Работая на заводе дорожных ма­шин, я был избран секретарем бюро комсомола литейного цеха, а затем и заместителем секретаря комитета ВЛКСМ завода. Так что в комсо­мольские годы я накопил богатей­ший опыт работы с людьми, кото­рый мне очень пригодился впослед­ствии. На заводе же меня утвердили пропагандистом. Вел занятия в цехе, где слушателями были только рабо­чие. Потом три года после заверше­ния пребывания в комсомоле и не будучи членом КПСС, я продолжил активно заниматься общественным делом.

К тому же обучался я в вечернем университете марксизма-ленинизма при Рыбинском горкоме КПСС. И хотя мне неоднократно предлагали вступить в партию, но я, говорю об этом откровенно, считал себя к этому не готовым. И подал заявление о вступлении в КПСС, когда уже ра­ботал заместителем главного инже­нера. Заводские коммунисты меня единогласно приняли в партию, а вот на бюро ГК партии такого единоду­шия не было.

Через два года меня избрали сек­ретарем партбюро заводоуправле­ния, а затем и заместителем секре­таря парткома завода. Так с апреля 1970 года я стал работать в партии на профессиональной основе.

Работа секретаря парткома поз­волила узнать многих работников за­вода ближе. Сколько же среди них и среди коммунистов, которых было более 300 человек, и среди беспар­тийных, оказалось замечательных людей. Но период моего секре­тарства совпал с периодом, когда на заводе возникли серьезные трудно­сти. Дело в том, что в стране шло широкое жилищное строительство, и на смену так называемым хру­щевкам стали строить и более ком­фортабельные и более высотные дома. А поскольку наш завод входил в состав Министерства строитель­ного и дорожного машинострое­ния, то ему поручили изготавливать совсем не профильную продукцию — оснастку для производства труб мусоропроводов под названием «крокодил». Руководство завода было вынуждено часть работников направить на изготовление этой оснастки. Это отразилось на выпол­нении плана. И в городе говорили: «крокодил» съел Дормашину». По­скольку план не выполнялся, то и оценка деятельности предприятии в партии была соответствующей, а я стал одним из самых критикуемых в городской парторганизации секре­тарей парткомов. В общем, ждал от­четно-выборного собрания и хотел вновь вернуться на производство. Но тут случился очередной крутой по­ворот: мне предложили перейти на работу в райком партии. Тогда город был разделен на два района — Про­летарский и Центральный. Да еще сказали, что буду секретарем по идеологии. Честно скажу, - я воз­мутился. "Я же технарь, а идеоло­гией напрямую никогда не зани­мался». Но мне разъясняют, что я в резерве, что меня хорошо знают, что я один из лучших пропаганди­стов и политинформаторов, и что имею опыт организации политиче­ской учебы, работы, товарищеских сходов и добровольной народной дружины, совета общественности микрорайона, работы с подшефной школой и т.п.

В общем, с февраля 1973 года я стал секретарем Пролетарского РК КПСС, затем, в августе 1980-го, был избран секретарем Рыбинского ГК КПСС, а в декабре 1986 года — вто­рым секретарем Рыбинского ГК КПСС. Скажу прямо, партийная ра­бота оказалась не только очень от­ветственной, но и очень интересной и разнообразной. Мы занимались не только организацией партийной учебы и массово-политической ра­боты, но и народным образованием, здравоохранением, культурой, физ­культурой и спортом, средствами массовой информации и взаимодей­ствием с правоохранительными ор­ганами, и прежде всего с милицией, и работой общественности по про­филактике правонарушений и др.

И оказалось, что в этой работе много конкретики, своего рода и план в идеологической работе по­явился. К примеру, в городах, в за­висимости от численности населе­ния, были установлены нормативы по количеству людей, занимавшихся художественной самодеятель­ностью, по охвату людей, занимав­шихся физкультурой и спортом, по количеству мест в учреждениях куль­туры, по организации отдыха и т. д. Всё это требовало развития матери­альной базы, потому был разработан и утвержден план строительства объ­ектов культуры, спортплощадок, са­дов и парков. Замечу, что по боль­шинству показателей наш город нор­мативы выполнял. Я уж не говорю о той конкретике, когда в должности второго секретаря горкома КПСС курировал экономику. Одно строи­тельство жилья чего стоит.

В горкоме регулярно проводили штабы по строительству жилья. На них присутствовали все руководи­тели строительных организаций и директора тех предприятий, что вели строительство жилья своими си­лами. Накануне таких совещаний я обходил все стройки, чтобы узнать положение дел и какая требуется по­мощь. На это уходило не менее 10 часов.

А ведь в городе ежегодно сдавали многие десятки тысяч квадратных метров жилья. Иногда по 120 тысяч. Это заслуга многих руководителей города. Честь им и слава.

Одна из главных задач, решае­мых партийными органами, в том числе конкретно мной — это подбор кадров. Номенклатура их была до­статочно широкой. При этом надо было иметь резерв кадров, вести его подготовку. Ведь сталинское опре­деление "Кадры решают все" было действительно не только в те вре­мена, но и во все последующие. А в Рыбинске кадры в период моей ра­боты были замечательными, и от­вечали высоким требованиям. И не случайным было утверждение "Ры­бинск — кузница кадров". Целый ряд наших товарищей направлен на работу в Ярославль. Назову только часть партийных работников. Это бывшие секретари Рыбинского гор­кома КПСС Морозов, Уров, Зараменский, Бордунов, Кондрашова, секретарь Пролетарского РК КПСС Парнов, секре­тарь парткома моторострои­телей Калинин. В 1987 году и мне настойчиво предла­гали перейти на работу в вы­шестоящие партийные ор­ганы. Но я сказал, что из род­ного города Рыбинска ни­куда не уйду, а если не устраивает уровень моей ра­боты, то прямо об этом ска­жите, и я сразу подам про­шение об освобождении. В конце концов, мне сказали, что пусть этот разговор останется Между нами. И я об этом сообщаю - впервые.

Годы партийной работы оста­вили много воспоминаний. Сейчас ходишь или едешь по городу, и все­гда в памяти возникает что-то. Я уж не говорю о массовой застройке микрорайонов или о каких-то от­дельных важных объектах, таких, как, например, больница им. Пиро­гова или дворец культуры. Мне па­мятно строительство здания Проле­тарского РК КПСС. Сколько суб­ботников там провели, как заселя­лись, осваивали. Как отрабатывали систему работы бюро райкома. Четко взаимодействовали, так как все трое — Парнов, Рубцов и я - прошли хорошую школу работы на промышленных предприятиях, в том числе каждый поработал и сек­ретарем парткома.

А сколько было сделано в плане подготовки и проведения 200-летия города Рыбинска и награждения его орденом Трудового Красного зна­мени! Так, например, в Мариевке стоит стела с изображением ордена Трудового Красного Знамени, сло­вами "Слава Труду", а на вершине серп и молот. Отвечал за оформле­ние Пролетарского райкома к празд­нику я. В числе прочих был и этот знак. Памятен мне и знак на самом въезде с Ярославского шоссе на окружную дорогу. Дело в том, что сначала предполагалось торже­ственно открыть окружную дорогу после ее полного завершения. Но по­том решили открыть первую часть, т. е. до въезда в Мариевку. И по­ручни! мне организовать изготовле­ние въездного знака. Попросил ди­ректора судостроительного завода им. Володарского Мелехина В.Б. В определенный срок все было сде­лано. Предполагалось, что это будет временный знак, а потом думали сде­лать другой, более основательный. Но еще раз подтверждается пого­ворка "нет ничего более посто­янного, чем временное" — знак этот стоит 34 года.

Часто бываю в общественно-­культурном центре. А ведь он по­строен по нашей, в том числе и лично моей, инициативе. Мы убедили об­ком КПСС и ЦК КПСС в необходи­мости строительства в нашем разви­вающемся и численно растущем Ры­бинске Дома политического просве­щения. И здание на партийные деньги было построено.

Когда прохожу у здания Центра детского и юношеского творчества на проспекте Ленина, не могу не вспомнить о том времени, когда в Рыбинске ликвидировали райкомы, и встал вопрос, как использовать зда­ния, в котором работали органы вла­сти. Оба здания были построены на паритетных началах: за счет госу­дарственных и партийных средств. Бюро решило безо всяких споров здания по ул. Рабочей, где работали Пролетарский РК КПСС и райис­полком — передать исполкому гор­совета. Сейчас здесь располагается администрация города Рыбинска. А вот по бывшему зданию, где распо­лагался райком и работал Централь­ный райисполком, мнения разо­шлись. Часть товарищей настаивала на том, чтобы оно осталось в ведении горкома КПСС и чтобы часть поме­щений сдавать в аренду, тем самым пополнять партийный бюджет. На­помню, что тогда уже во­всю шла горбачевская пе­рестройка, и деньги засо­ряли мозги. Но другое предложение было — и я его поддерживал — пере­дать это здание для детей.

И мы победили. ЦК КПСС нас поддержал. Передали здание на баланс Рыбин­ского горсовета, и теперь в этом здании вот уже чет­верть века занимается мо­лодежь.

По долгу службы, мне часто приходилось общаться со мно­гими известными людьми — космо­навтами, строителями, поэтами, пи­сателями и другими. Я их знакомил с городом, обязательно привозил в наш музей, показывая достопримеча­тельности. Всегда с благодарностью вспоминаю Л.М. Марасинову, кото­рая потратила много личного вре­мени, знакомя меня с Рыбинском. И в середине 1980-х годов появилась идея о присвоении нашему городу статуса исторического города. Раньше эта идея не возникала по­тому, что город был закрытым.

В моем кабинете рождались все исходные материалы для Мини­стерства культуры РСФСР. И, в конце концов, нашему городу это высокое звание было присвоено. Был создан оргкомитет под моим председательством, которым была разработана обширная программа "Исторический город". К сожале­нию, из-за политических событий осуществить ее полностью не уда­лось. Но в будущем — и я в этом уве­рен — эта программа будет допол­нена и воплощена в жизнь. Наш Ры­бинск этого заслуживает.

После событий августа 1991 года и запрета деятельности КПСС в но­ябре 1991-го я вернулся на завод до­рожных машин («Раскат»). А с ян­варя 1995-го вышел на пенсию. Про­должаю заниматься активной обще­ственной деятельностью, являясь членом КПРФ. О своей работе и о своей позиции, о происходящем в стране регулярно информирую рыбинцев в своих публикациях в социальных сетях, а также в ряде газет и прежде всего "Советской Ярославии", "Рыбинских известиях". "Рыбинской среде" и других.

Роберт СОЛОВЬЕВ  ветеран труда

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.

Последние комментарии

Последние материалы

Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)
Гость (не проверено)

Видео

*************************************************************************

Premium Drupal Themes by Adaptivethemes